Рубрика: Книги

Хорошие новости для людей, которые читают актуальные книги.

No Comments

Не секрет, что чтение полезно для вас. Всего лишь шести минут чтения достаточно, чтобы уменьшить стресс на 68 процентов, и многочисленные исследования показали, что чтение помогает вашему мозгу эффективно функционировать с возрастом. Одно исследование даже показало, что у пожилых людей, которые регулярно читают, вероятность развития болезни Альцгеймера в 2,5 раза меньше, чем у их сверстников. Но не все формы чтения созданы равными.

Дебаты между бумажными книгами и электронными вариантами были жестокими с тех пор, как в 2007 году вышел первый Kindle. Большинство споров были о сентиментальном, а не о практическом, между людьми, которые предпочитают, как бумажные страницы чувствуют себя в их руках, и людьми, которые борются за практичность и электронных читателей. Но теперь наука все взвесила, а исследования встали на сторону бумажных книг. 

Чтение в печати помогает с пониманием. 

Исследование, проведенное в 2014 году, показало, что читатели короткой загадочной истории на Kindle значительно хуже запоминали порядок событий, чем те, кто читал эту же историю в мягкой обложке. Ведущий исследователь Энн Манген из норвежского Университета Ставангер пришла к выводу, что «тактильная обратная связь Kindle не дает такой же поддержки для умственного восстановления истории, как печатная карманная книга».

Наш мозг не был предназначен для чтения, но адаптировал и создал новые схемы для понимания букв и текстов. Мозг читает, создавая мысленное представление текста на основе размещения страницы в книге и слова на странице. 

Тактильный опыт книги помогает этому процессу, от толщины страниц в ваших руках по мере прохождения истории до размещения слова на странице. Манген выдвигает гипотезу о том, что различие для читателей Kindle «может иметь какое-то отношение к тому факту, что постоянство текста на бумаге, и это очень постепенное развертывание бумаги по мере продвижения по истории — это своего рода сенсорная нагрузка, поддерживающая визуальный смысл прогресса, когда вы читаете.»

В то время как электронные читатели пытаются воссоздать ощущение перелистывания страниц и нумерации страниц, экран ограничен одной эфемерной виртуальной страницей. Опросы об использовании электронных книг позволяют предположить, что это влияет на искренность читателя чувство контроля. Неспособность вернуться к предыдущим страницам или физически управлять текстом, либо путем написания заметок, либо изгибания страниц, ограничивает сенсорный опыт и, следовательно, уменьшает долговременную память текста. 

Чтение длинных предложений без ссылок — это навык, который вам нужен, но он может потеряться, если вы не будете практиковаться. 

Чтение длинных литературных предложений без ссылок и отвлекающих факторов — это серьезный навык, который вы теряете, если не используете его. До Интернета мозг читал линейно, используя сенсорные детали, чтобы запомнить, где находится ключевая информация в книге по макету. 

По мере того, как мы все чаще читаем на экранах, наши привычки к чтению адаптировались к тому, чтобы просматривать текст, а не впитывать смысл. Исследование 2006 года показало, что люди читают на экранах в форме буквы «F», читая всю верхнюю строку, а затем сканируя текст только в левой части страницы. Нелинейное чтение такого типа уменьшает понимание и фактически затрудняет фокусировку в следующий раз, когда вы садитесь за более длинный фрагмент текста.

Невролог из Университета Тафтс Мэриэнн Вольф беспокоится, что «поверхностное восприятие, которое мы читаем в течение дня, влияет на нас, когда мы должны читать с более углубленной обработкой». Людям все сложнее сесть и погрузиться в роман. В результате некоторые исследователи и любители литературы начали движение «медленного чтения», чтобы противостоять их трудностям, преодолевая книги. 

Медленное, сфокусированное, не отвлекающееся чтение полезно для вашего мозга.

Сторонники медленного чтения рекомендуют не менее 30–45 минут ежедневного чтения вдали от отвлекающих факторов современных технологий. Таким образом, мозг может вернуться с линейным чтением. Преимущества медленного чтения в обычной привычке многочисленны, снижают стресс и улучшают вашу способность концентрироваться. 

Регулярное чтение также увеличивает сочувствие, особенно при чтении печатной книги. Одно исследование обнаружило, что люди, которые читают огорчающий рассказ на iPad, были менее чуткими и испытывали меньше погружения, чем те, кто читал на бумаге. 

Чтение старомодного романа также связано с улучшением сна. Когда многие из нас проводят наши дни перед экранами, может быть трудно сигнализировать нашему телу, что пришло время спать. Читая бумажную книгу примерно за час до сна, ваш мозг входит в новую зону, отличную от той, которая была введена при чтении в электронном ридере. 

Три четверти американцев в возрасте 18 лет и старше сообщают, что в прошлом году они прочитали, по крайней мере, одну книгу, число которых сократилось, а электронные книги в настоящее время составляют от 15 до 20 процентов  всех продаж книг. В этом постоянно растущем мире Твиттера постоянные читатели, которые берут паузу с технологиями, чтобы взять бумажную книгу, имеют серьезное преимущество перед остальными. 

«ЛитРес» составила список книг десятилетия

No Comments

Группа компаний «ЛитРес», в которую входят проекты ЛитРес, MyBook, Livelib, ЛитРес: Самиздат, ЛитРес: Чтец и ЛитРес: Библиотека, анимировали статистику по самым популярным электронным книгам и писателям прошедшего десятилетия.

На инфографике видно как менялись книжные предпочтения россиян с 2012 года, и какие писатели становились лидерами продаж в период с 2010 по 2019 год.

Абсолютным лидером в период с 2013 по 2019 год стала первая часть трилогии Эрики Леонард Джеймс «Пятьдесят оттенков серого». Книга о любви молодого миллионера Кристиана Грея и юной студентки Анастейши Стил побила рекорды продаж в сервисе ЛитРес и стала лучшей книгой десятилетия в мире по данным NPD BookScan. Второе место рейтинга занял дебютный роман Гузель Яхиной «Зулейха открывает глаза», третье — книга американского нейробиолога Джо Диспенза «Сила подсознания, или Как изменить жизнь за 4 недели, — говорится в пресс-релизе. На первых десяти позициях топа самых популярных авторов десятилетия — Борис Акунин, Сергей Лукьяненко, Ю Несбё, Александра Маринина, Дарья Донцова, Елена Звездная, Татьяна Полякова, Сергей Тармашев, Татьяна Полякова и Артём Каменистый.

Самые любопытные книжные новинки наступившего 2020 года

No Comments

Каждый новый год — это не только один из самых главных праздников, но и время новинок. Мы представляем Вам подборку книжных новинок начала 2020 года.

От Лытдыбр до берегов Невы

1. Антон Долин. «Миражи советского».

Почему мы постоянно смотрим в прошлое, не замечая настоящего и боясь даже заглянуть в будущее? Почему самые востребованные и у кинематографистов, и у публики темы — Великая Отечественная и оттепель, сталинские репрессии и интеллигенция эпохи застоя, космические завоевания и спортивные победы времен СССР? Как нам разорвать эту пуповину и нужно ли ее разрывать? На основе рецензий и аналитических обзоров кинокритик пытается вывести формулу культурного прошлого, которое сейчас нас завораживает и объединяет: от фильмов об СССР 1920-х до картин о перестройке.

Кадр из фильма Георгия Данелии «Я шагаю по Москве». Кинокритик Антон Долин пытается вывести формулу культурного прошлого, которое нас завораживает. Фото: РИА Новости

2. Антон Носик. «Лытдыбр. Дневники, публицистика, диалоги».

Первая книга Антона Носика, выходящая после его смерти, — своего рода автобиография, составленная из его дневников и архивных текстов. Каждая глава сопровождается предисловием или эссе литераторов, близких друзей Антона. Среди авторов — Демьян Кудрявцев, Катерина Гордеева, Глеб Смирнов, Дмитрий Быков, Павел Пепперштейн, Арсен Ревазов и др.

3. Новый роман Михаила Гиголашвили.

Герой нового романа Михаила Гиголашвили молодой шалопай и лоботряс Кока. Жизнь кидает его из стороны в сторону, из страны в страну — Грузия, Голландия, Германия, Россия. Искусительная свобода… от чего? Соблазны и трагические случайности. Роман взросления и одновременно плутовской роман. Читателям — поклонникам «Чертова колеса» понравится…

4. Олег Лекманов. На берегах Невы с Ириной Одоевцевой.

Ирину Одоевцеву — мемуаристку часто упрекали в недостоверности. Олег Лекманов в обширных комментариях к книге «На берегах Невы» анализирует текст, расщепляя его на многие составляющие, обращаясь к новым источникам, рассматривая известные факты под иным углом зрения. Эта книга — диалог автора и исследователя.

Андрей Петров, главный редактор «Молодой гвардии»:

Великие старцы и повседневность

1. Из новинок, особо ожидаемых мною, я выделил бы «Святых старцев» (серия «ЖЗЛ») Вячеслава Бондаренко (ранее выходили его «Герои Первой мировой», «Отец Иоанн Крестьянкин», «Корнилов» и др.). Героев его новой книги по праву можно поставить во главе списка достойнейших: они сосредоточили духовную мощь России, ее многовековой опыт. За советом, наставлением, благословением к ним приходили полководцы и политики, писатели и философы, знаменитости и самые простые люди.

Возможно, кого-то подобный вывод несколько удивит: ведь «традиционная» история общества пишется людьми светскими. Но, полагаю, ничуть не менее значима история иная — духовная, потаенная от поверхностного взгляда, лишенная резких внешних сломов и поворотов, но глубокая и наполненная высшим смыслом. В ней на первый план выходят именно носители Духа, великие молитвенники, прославленные в лике святых. Помянутая книга представляет собой десять очерков о великих старцах ХVIII-ХХ веков — светильниках духа, чудотворцах и прозорливцах, прославленных в лике святых.

2. Из других изданий знаменитой биографической серии очень жду книги: «Данте» А. Ветлугиной, «Василия Темного» Н. Борисова, «Черубину де Габриак» Е. Погорелой. Событием для читателей станет, на мой взгляд, появление долгожданных (работа над ними затянулась на годы) книг Майи Кучерской «Лесков» и Игоря Вирабова «Тургенев». Из мемуаристики хочется непременно выделить «Хороший тон» (серия «Близкое прошлое») М. Б. Пиотровского. Любопытными изданиями пополнится в следующем году серия «Живая история» — это и «Повседневная жизнь Большого театра в советскую эпоху» А. Васькина, и «Повседневная жизнь русского соблазнителя» А. Митрофанова.

Борис Пастернак, генеральный директор издательства «Время»:

Следы невиданных зверей

1. Юлия Говорова. Лось на диване, верветка на печи.

Юлия Говорова — москвичка, выпускница журфака МГУ. Она уехала в Пушкинские Горы и устроилась там на работу в зоопарк, где спасают животных, попавших в разные переплеты. Все они стали героями ее рассказов — смешных, лирических, глубоких. И Джеральд Даррелл вспоминается тут, и Джеймс Хэрриот, и Фарли Моуэт. Как пишет Юлия, «все истории и персонажи здесь правдивы — и звери, и люди (спасибо хозяевам зоопарка Андрею и Веронике за работу прототипами)». А за все сказочное и волшебное отвечают пушкинские неведомые дорожки со следами невиданных зверей… Иллюстрации к книге нарисовала Ирина Маковеева, заслуженный художник России, лауреат премии имени Виталия Бианки. Все ее герои — не «как живые», а точно живые.

2. Саша Филипенко. Возвращение в Острог

В предыдущем романе («Красный Крест», 2017) Саша Филипенко использовал исторические документы — переписку советского Наркоминдела со швейцарским Красным Крестом. Книга вышла на французском, немецком, чешском, хорватском языках, на очереди еще восемь переводов. В новом романе Филипенко архивных материалов нет. Но сама изображенная реальность претендует на роль документа времени. Для самых недоверчивых: в книге нет ничего придуманного. Есть городок, где градообразующее предприятие — тюрьма. Есть детский дом, в судьбах обитателей которого мелькнул проблеск счастья. Ситуации, герои, диалоги — и проклятый вопрос о цене добра, которое оборачивается злом, тоже поставлен жизнью. Точнее — смертью.

Мы совсем не безнадежны

1. Адам Хиггинботам «Чернобыль. История катастрофы»

Более десяти лет Адам Хиггинботам посвятил изучению трагедии в Чернобыле, чтобы докопаться до правды, очищенной от мифов и дезинформации. Он опирался на сотни интервью с очевидцами, письма, неопубликованные мемуары и документы из рассекреченных архивов. Мастерский научно-популярный триллер и авторитетный отчет о событии, которое изменило историю.

Между прочим, названа «лучшей книгой 2019 года» изданиями New York Times, Time и Kirkus Reviews. Как писатель-фантаст Айзек Азимов изменил представление о роботах

2. Стивен Пинкер «Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше»

Бестселлер профессора психологии Гарвардского университета Стивена Пинкера, включенного в список 100 самых влиятельных ученых и мыслителей журналами Foreign Policy и Time. Сталкиваясь с войнами, терроризмом, насилием, мы говорим: «Куда катится мир!». На самом деле, в прошлом все было гораздо страшнее, утверждает Пинкер. Ученый методично доказывает, что насилие неуклонно снижается. Исследуя мифы о «злой» природе человеческого существа, он объясняет с точки зрения эволюционной психологии, почему люди делают свой мир все более свободным от насилия и зла. Ожидаемую и фундаментальнаую эту книгу мы делали больше двух лет.

3. Алексей Иванов «Быть Ивановым»

Откровенный отчет автора бестселлеров «Тобол» и «Географ глобус пропил» о том, что значит быть Ивановым. Это публицистический текст, его основа — ответы на вопросы читателей. Глубокая, объемная и очень личная книга. Такого Иванова мы еще не знали.

Это не Доктор Хаус

No Comments

Имеет ли право врач тратить свои ресурсы на почти безнадёжного ребёнка, если учесть, что его ждут дети с более благоприятным прогнозом? Всегда ли есть грань между непредсказуемой случайностью и врачебной ошибкой?

Истории успеха могут писать не только актёры, бизнесмены и айтишники. Книга Рене Претра, — успешного кардиохирурга, начальника отдела сердечно-сосудистой хирургии в Лозанне и руководителя детской кардиохирургии в Женеве, — вполне может быть рассмотрена в рамках такого жанра.  

image_image

«Едва ребенок увидел свет, едва почувствовал, как свежий воздух проникает в его легкие, как заснул на моем операционном столе, чтобы мы могли исправить его больное сердце…» (перевод с французского Е. Полякова, А. Остапенко)

В швейцарском кантоне Юра, в семье фермеров рос обыкновенный жизнерадостный паренёк. Больше всего на свете он любил играть в футбол и работать на тракторе в отцовских полях. Он довольно безалаберно относился к учёбе в школе, но в последний момент почти случайно решил поступать на медицинский факультет. И вот он уже делает операции в Нью-Йорке жертвам уличных разборок, спасает сотни детей с врождёнными патологиями сердца в Европе, организует командировки детских кардиохирургов в страны Африки. В 2009 году он становится «Человеком года» по версии швейцарской телевизионной премии «SwissAward».

Все эти автобиографические подробности в книге Рене Претра занимают небольшую, хоть и очень атмосферную часть. По таким деталям становится ясно, что перед нами полная противоположность самому популярному медику эпохи сериалов — мизантропу доктору Хаусу. Но основное содержание посвящено непосредственно работе хирурга, которая всегда связана с хождением по краю.

Где должна заканчиваться смелость взять на себя ответственность и начинаться здравомыслие, уберегающее от неоправданного риска? Имеет ли право врач тратить свои ресурсы на почти безнадёжного ребёнка, если учесть, что его ждут дети с более благоприятным прогнозом? Всегда ли есть грань между непредсказуемой случайностью и врачебной ошибкой? Где заканчивается «могущество» хирурга и начинается «произвол» природы?

image_image

Рене Претр во время миссии в Мозамбике его благотворительного фонда «Le petit cœur».

С одной стороны, «Там, где бьётся сердце» — книга для лёгкого, эмоционального чтения, которая может зарядить вас чувством осмысленности и любви к жизни, если будни по каким-то причинам выбивают вас из колеи. С другой стороны, она может быть пищей для размышлений над весьма серьёзными философскими вопросами XXI века — времени прорывных открытий в медицине, которые, казалось бы, приближая человечество к долгой счастливой жизни, готовят для нас всё новые дилеммы.

Публикуем отрывок из книги, который поможет вам задуматься о решениях, которые мы принимаем — в том числе тех, которые касаются жизни ещё не рождённого ребёнка.

Метель

О, эти этические проблемы! Такие частые в нашей работе, нередко сложные, порой — неразрешимые. Вот недавно был случай. Восемь человек — врачей и медсестер — собрались, чтобы обсудить судьбу «Бэби-боя». У него ещё не было имени. Едва он появился на свет, мы сделали артериаль­ную перфузию, чтобы поддерживать артериальный проток открытым и выиграть время для более точного диагноза и плана лечения. Уточнение! Да, речь шла именно об этом, поскольку проблема не ограничивалась сердцем. Бэби-бой появился на свет с другими тяжелыми врожденными по­роками, касающимися, в частности, мозга. И именно они — страшное сочетание серьезной умственной отсталости, глухота и слепота, серьезные нарушения опорно-двига­тельного аппарата — удерживали нас от борьбы за его жизнь. 

Группа единогласно решила воздержаться от лече­ния. Затем нам предстояло сообщить об этом решении родителям и, если с их стороны не будет возражений, под­держивающая перфузия не будет продолжаться, позволив жизненно важному артериальному протоку закрыться. 

Мы стали проводить такие совещания по вопросам этики, потому что считали, что в случаях, когда речь идет о жизни чисто биологической, с едва наметившейся эмоциональной составляющей, именно мы должны предложить ра­дикальное решение родителям, часто растерявшимся, чтобы снять с них эту слишком тяжелую ответственность. Их несогласие скорректировало бы наше отношение, при необ­ходимости мы действовали бы так же профессионально, как и для любого другого ребенка. Но подобного ни разу не произо­шло. Наоборот, мы часто видели облегчение от того, что не они сами приняли столь серьёзное и бесповоротное решение.  

image_image

Ответственность за решение прекратить борьбу за жизнь маленького человека неимоверно тяжела.

…Они приехали издалека, чтобы узнать мое мнение. Они были молоды и понимали друг друга с полуслова, это было видно сразу. Ультразвук выявил у плода гипоплазию левых отделов сердца. Это ужасный порок: половина сердца — ле­вая, самая сильная — не развилась. Все такие дети уми­рают, некоторые до рождения, другие — сразу после. Мы можем создать «совместимое с жизнью» кровообращение ценой трех операций, причем первая должна быть прове­дена сразу после рождения. Если это новое кровообраще­ние и сможет обеспечить неожиданно хорошее качество жизни некоторым малышам, то продолжительность их жизни всё равно ограничивается несколькими десятиле­тиями, и трансплантация сердца — которую очень сложно провести при таких анатомических нарушениях — в ко­нечном итоге становится необходимой. 

Можно легко по­пасть в ловушку иллюзий, глядя на тех детей, которые действительно чувствуют себя хорошо, радуют своих ро­дителей и развиваются так же, как их братья и сестры. К несчастью, действительность не всегда бывает столь идиллической. Большое число таких прооперированных де­тей отстают в развитии всю свою жизнь и имеют боль­шие трудности с интеграцией в общество. Их зависи­мое состояние непрерывно лежит грузом на окружающих. К сожалению, существует очень мало факторов, которые позволяют предсказать, по какой из двух таких разных траекторий пойдет жизнь ребенка, и это делает наш информационный диалог сложным, щекотливым и даже немного рискованным.

Изложив перспективы жизни ребенка с таким пороком в чистых фактах, я немного вмешался в их личную жизнь.

— Итак, если предположить, что эта беременность окончится благополучно, у вас будет такой выбор: бороть­ся за жизнь вашего ребенка или вовсе не начинать борьбу.

Они были внимательны и не перебивали меня. Тогда я продолжал более серьезным тоном:

— Это должно быть ваше и только ваше решение. По­дождите несколько дней, поговорите наедине, но главное, главное… Я выдержал паузу, чтобы подчеркнуть важный момент:

— …не говорите об этом ни с кем другим.

Я задержал на них взгляд, чтобы моя искренняя убежден­ность передалась и им, и продолжал: — Не говорите об этом ни с кем, чтобы сохранить сво­боду выбора, свободу выбирать самим, без давления извне. Опасайтесь и тех пророков, которые утверждают, что для каждой жизни нужно делать всё возможное, и тех, кто удив­ляется, как это можно оставить ребенка-инвалида. Правда — ваша собственная — находится посередине. Она будет исти­ной, если будет исходить действительно от вас, если это то, чего вы хотите для своего ребенка, то, во что вы верите. Чтобы добиться этой правды, вы должны освободиться от всякого внешнего влияния, от всякого ненужного давления.

Я снова взял паузу, чтобы они осмыслили мое послание, и, наконец, сказал: 

— Дайте себе немного времени, но принимайте решение до рождения ребенка и постарайтесь его придерживаться, поскольку оно будет принято спокойно и взвешенно. Я знаю, что не всегда легко оставаться стоиком, когда ваш рёбе­нок внезапно обретет лицо, улыбку, зачаток личности. 

Я часто представлял себе родителей, которых терза­ет чувство вины, если они не бросятся всем своим суще­ством в борьбу за выживание своего ребенка. И все же, по-моему, они не должны ни в коей мере чувствовать вину, если их отказ вытекает из стремления к счастью и бла­гополучию ребенка. Которое может заключаться в нежелании длить неполноценную жизнь. И, чтобы изобличить это губительное чувство, я охотно напомнил им несколько неоспоримых фактов.

— Не вы несёте ответственность за инвалидность вашего ребенка, а Природа. Это она нанесла слепой удар, в некотором роде по собственному произволу, как иногда бывает — одному она даёт талант, а другому — увечье, и вы стали её жертвами. Если вы решите не сражаться, вы тем самым не убиваете его, вы только позволяете его судьбе свершиться. Со своей стороны мы ничего не будем делать, чтобы вызвать или ускорить этот исход. Мы только сделаем все, чтобы он не страдал.

И ещё я охотно добавил: 

— Знаете, еще пятнадцать лет назад, даже меньше, у нас не было бы этого разговора, потому что все такие дети умирали, без исключений. Хирургия тогда ещё не на­шла долгосрочного решения. Наша специальность ставит нас иногда в неоднозначное, парадоксальное положение, где успех создаёт больше проблем, чем решает.

Еще несколько минут продолжался разговор о неко­торых технических аспектах коррекции. Затем они ушли, по-видимому, немного ошеломленные. Больше ничего я о них не слышал, во всяком случае, после рождения ребен­ка. Они исчезли из моей памяти, утонув в потоке пациен­тов, родителей, сердец, встречавшихся мне каждый день.  

Лишь через год я получил длинное письмо, написанное от руки. Его написала мама. Она благодарила меня за откро­венность во время нашей встречи, за то, что я позволил посмотреть на неразрешимую проблему под другим углом, за то, что дал им мужество самим принять это невозмож­ное решение… отступить. И наконец, она сообщала, что ро­дила другого, здорового ребенка, который озаряет их жизнь.

Космическая подборка книг

No Comments

7 книг о космосе: Карл Саган, Олег Фейгин и другие учёные рассказывают о загадочном и далёком.

Россияне выходят в открытый космос в режиме онлайн, Индия обещает запустить человека на орбиту к 2022 году, а Солнце будет исследовано лучше, чем когда бы то ни было — зонд NASA должен приблизиться к звезде максимально близко. Почему эти события важны, когда мы колонизируем Марс и о чём снимали «Интерстеллар» — крупнейший сервис электронных и аудиокниг ЛитРес рекомендует книги, которые помогут познать Вселенную.

Нил Деграсс Тайсон, Дж. Ричард Готт, Майкл А. Стросс «Большое космическое путешествие»

«Родившись, вы становитесь гражданином Вселенной. А значит, вам подобает осмотреться и полюбопытствовать, что за мир вас окружает», — пишут авторы этой книги и делают всё для того, чтобы заглянуть в космос даже самому неподготовленному читателю было комфортно. «Большое космическое путешествие» выросло из курса лекций, который три знаменитых астрофизика и популяризатора науки читали студентам-гуманитариям в Принстонском университете. Они доступным языком объясняют устройство Вселенной, рассказывают об энергии звёзд, чёрных дырах, кротовых норах и самых значимых открытиях в области астрономии.

Иэн Стюарт «Математика космоса: Как современная наука расшифровывает Вселенную»

image_image

Зачем сажать космический аппарат на комету? Например, затем, чтобы узнать больше о «грязных снежках», похожих на резиновых уточек, — кометных ядрах. Любое исследование космических тел важно, в первую очередь, для землян, — пишет Иэн Стюарт. Ещё 80 лет назад противники изучения Вселенной пытались тормозить процесс, считая, что челнок не полетит, поскольку в космосе не от чего оттолкнуться! К счастью, сейчас мы пользуемся GPS, спутниковым ТВ и международной связью. Иэн Стюарт объясняет, как еще можно применять открытия Ньютона и других ученых, и почему это возможно только при полетах на орбиту и дальше. И пусть вас не пугает слово «математика» в названии этой книги — автор обходится без формул и сложной терминологии.

Стивен Хокинг «Краткая история времени. От Большого Взрыва до чёрных дыр»

Стивен Хокинг — человек-легенда, а «Краткая история времени» — самая знаменитая его книга. В «Краткой истории времени» Хокинг рассказал о возникновении Вселенной, пространства и времени, а также о чёрных дырах, теории суперструн и многом другом, использовав во всей книге лишь одну формулу E=mc².

Карл Саган «Голубая точка. Космическое будущее человечества»

Люди не так значительны, как о себе думают, а Земля — далеко не центр Вселенной. Эта простая мысль даже сейчас у многих вызывает зубовный скрежет, а во времена инквизиции эта позиция и вовсе была под запретом. Карл Саган же уверен, что понимать это важно для того, чтобы избежать катастрофы. Например, решение NASA прекратить изучение Луны он называет недальновидным, ведь спасти планету мы можем, лишь исследуя другие небесные тела. Ссылаясь на катастрофические последствия столкновения кометы Шумейкеров-Леви с Юпитером, он говорит о том, что ждёт Землю в аналогичной ситуации…

Олег Фейгин «Удивительная космонавтика»

image_image

Олег Фейгин начинает со слов Карла Сагана: «Космос — это всё, что есть, что когда-либо было и когда-нибудь будет». Космос огромен, а мы — лишь маленькая точка в вечности, признает автор. Но история космонавтики от того не становится менее впечатляющей: «за какие-то полстолетия человечество прошло поразительный путь от спутника с радиопередатчиком до внушительных орбитальных станций и межпланетных зондов». Фейгин рассказывает, с чего начиналось изучение космоса и куда движется наука, описывает таинственные случаи в истории космонавтики и рассматривает интересные научные загадки.

Кип Торн «Интерстеллар: наука за кадром»

«Начну я со странного заявления: чёрные дыры состоят из искривлённого времени и искривлённого пространства. И больше ничего — никакой материи», — пишет Кип Торн. Научный консультант знаменитого фильма Кристофера Нолана «Интерстеллар» рассказывает о том, что осталось за кадром и на чём основаны идеи фильма. Торн, например, спроектировал компьютерную модель червоточины, через которую пролетал главный герой кино в одной из самых впечатляющих сцен. Коллеги-физики потом назвали эту работу Торна самой правдоподобной версией того, как в реальности выглядят чёрные дыры.

Сергей Парновский «Как работает Вселенная: Введение в современную космологию»

image_image

Читайте также:

Как выглядел космос в начале XX века?

Тёмная материя и тёмная энергия составляют 95% Вселенной, но что мы знаем об этих двух таинственных сущностях? Сергей Парновский назвал книгу «Введением в космологию» и подробно объяснил, почему мы верим в то, что у Вселенной есть начало, как случился Большой взрыв, есть ли миры с другими физическими законами, куда разбегаются галактики и что творится с атомами. Книга состоит из двух частей: наука простым языком и наука для людей с небольшой математической подготовкой.

Зачем читать старые книги?

No Comments

Лев Пирогов, главный редактор журнала для детей и подростков «Лучик 6+», рассказывает о 10 книгах. Это не бестселлеры и не классика детской литературы — это произведения трогательные, цельные, возвращающие в самую беззаботную пору хотя бы на несколько страниц.

Вопрос может показаться смешным. А зачем смотреть старые картины или слушать старинную музыку? Зачем пить выдержанное вино, если молодое пьянее — надёжнее ударит в голову? Всё очень просто: старые вещи обладают качествами, которых новые лишены.

По долгу службы главным редактором детского журнала я много общаюсь с детьми. Как правило, это «умные дети» — получающие неплохое образование и воспитание. Тем удивительнее открытия, которые я порой делаю.

Чтобы не быть голословным, приведу пример. Проводим мы викторину. Дети тянут руки, отвечают на вопросы, правильно ответившие получают приз. И вот у кого-то уже по два приза, а у кого-то — ни одного. Те, у кого два, кричат: «Давайте следующее задание!», — хотят получить третий. Спрашиваю: может, вы хотите помочь тем, кто ещё ни одного приза не получил?

Удивляются. Как это? Зачем? Догадываются — провокация! Кричат: «Это будет нечестно!». Довольны, будто ответили ещё на один хитрый вопрос…Всё понятно: школа (а пуще – окружающая среда, само время) учит их, что важен «дух соревновательности», что нужно вырабатывать «психологию победителя», что главное в жизни — это успех. А тут вдруг — возьми и поделись своим честно заработанным успехом с другим. Ещё чего!

Книги, которые я хочу сегодня предложить вашему вниманию, «не первого ряда», не относятся к «железной» (точнее, «мраморной») классике; какие-то из них вам наверняка известны, а о каких-то вы, может быть, впервые услышите. Но все они — о тех качествах, которые сегодня «на дороге не лежат», а в жизни могут ох как пригодиться. Вот посмотрите…

Владислав Крапивин «Оруженосец Кашка» (8–10 лет)

image_image

Прекрасная ранняя повесть Крапивина. Один из эпизодов: мальчик Кашка хочет купить модельку яхты за 60 копеек — нужна для игры в Волшебную страну. Деньжищ таких отроду не водилось, но старшие ребята подсказали: земляники в лесу набери и на железнодорожной станции продавай. Пассажирам проходящих поездов. Четыре стакана — вот и яхта. Кашка так и делает. Но у него не получается брать за землянику деньги! Люди к нему подходят очень хорошие: одни весело ему улыбались, другие пели красивую песню, третьи по-хорошему, по-дружески с ним заговорили… И он дарит, дарит им эту землянику, и уже не нужна ему никакая яхта, потому что встречать и провожать хороших людей, едущих в Дальние страны, — игра ничуть не хуже Волшебной страны.

Мой сын, когда мы с ним это читали, поначалу очень переживал, что бизнес-проект Кашки срывается, помнил о яхте. А потом — тоже забыл. Произошло философское снятие проблемы обладания вещью. Не сразу, со скрипом, но всё-таки вслед за Кашкой мы с ним отказались от радости обладания в пользу радости существования.

Ирмгард Койн «Девочка, с которой детям не разрешали водиться» (7–10 лет)

image_image

Она не умеет притворяться и подстраиваться под ожидания взрослых. Поэтому, хотя она добрая, честная, смелая и справедливая, все вокруг считают её ужасной. Сердце разрывается от нежности и любви, когда читаешь эту книгу (особенно в конце, когда уже начинающая взрослеть Девочка влюбляется в популярного оперного певца, решает выйти за него замуж и отправляется в маминых жакете и юбке сообщить ему об этом решении, но застаёт вместо своего возлюбленного его жену)! Поскольку по натуре Девочка — «пацанка», мальчикам эта книга будет тоже понятна и интересна.

Кристине Нёстлингер «Лоллипоп» (7–10 лет)

image_image

О душевном взрослении мальчика, мечтающего о друге и уже готового немножко влюбиться. Очень добрая и человечная книга. Ненавязчиво преподаются важные нравственные уроки, например: герой подружился с девочкой из богатой семьи, принят в доме её родителей, к нему хорошо относятся. Вот только одна проблема: его бабушка — служанка-уборщица. Это же ведь позор? Как в этом признаться? Может, лучше соврать? Впрочем, к счастью для читателей и для самого мальчика, всё заканчивается хорошо.

Михаэль Энде «Момо» (9–12 лет)

image_image

Весьма удачно — просто и неназойливо — объяснено, что такое общество потребления, как оно работает и чем может быть опасно для человека. Если вас не всё устраивает в мире, где царят поговорки «Время — деньги» и «Хочешь жить — умей вертеться», прочтите со своим ребёнком эту книгу, — вам станет чуточку легче и чуточку светлее на душе.

Софья Могилевская «Марка страны Гонделупы» (6–8 лет)

image_image

Одна из моих любимых детских книг. Она очень уютная — из тех, в которых хочется жить. О дружбе троих первоклашек, об их школе, семьях, играх и увлечениях, о первом серьёзном нравственном испытании. О чёрствости — и о сострадании, о самоотверженности — и предательстве, о силе и слабости, о наказании и прощении. И, главное, о дружбе мальчика с мамой.

Илья Дворкин «Голова античной богини» (9–12 лет)

image_image

Подростки участвуют в морской археологической экспедиции и сражаются с опасными жуликами, пытающимися похитить ценную находку. Перебивкой — сцены из послевоенного детства их отцов, голодного и сурового, когда зачастую только дружба и помогала выжить. Хорошая интрига, крепко сбитый сюжет, интересно и познавательно.

Валентина Мухина-Петринская «Плато доктора Черкасова» (10–12 лет)

image_image

О работе учёных — геологов, метеорологов, ботаников. Хорошо читать сразу вслед за классической (и прекрасной!) повестью «А тем временем где-то…» Анатолия Алексина. Схожесть фабул при разнице (и даже противоположности) нравственных акцентов и общих выводов будоражит воображение, заставляет задуматься о том, как многообразно и непросто устроена жизнь. Мальчик отправляется с родителями в трудную научную экспедицию, где ему случается спасти жизнь сразу двум очень разным людям. Кстати, если вы были увлечены современной книгой Евгения Рудашевского «Солонго», сравните «Плато доктора Черкасова» заодно и с ней.

Авраам Зак, Исай Кузнецов «Спасите утопающего» (6–9 лет)

image_image

Фильм «Пропало лето» многие помнят, а вот была ли экранизирована повесть «Спасите утопающего», я не знаю. Между тем, текст этой киноповести нравится мне намного больше. Нехитрый конфликт (герой присваивает себе чужую славу спасателя на водах) очень динамично развивается, читать весьма интересно; моральные уроки («с чистой совестью легче живётся») и дилеммы (осудить оступившегося или помочь ему?) усваиваются между делом, незаметно и без докучливой назидательности. Действующая в киноповести дружная компания непоседливых инициативных детей не даст заскучать читателю.

Иосиф Ликстанов «Малышок» (от 10 лет)

image_image

Рабочая, заводская жизнь не многим нашим детям знакома. А тут вдобавок война, эвакуация, голод, постоянная тревога и боль за воюющих или попавших в оккупацию близких — целый мир, о котором нашим детям зачастую просто неоткуда узнать. Души героев, работающих на заводе подростков, просыпаются для любви, хотя сами ещё не знают об этом. Поражает, как бережно и деликатно, мастерски описал Ликстанов отношения Малышка и Кати, нигде не наступив в сироп, даже слова «любовь» ни разу не употребив, но вместе с тем — так узнаваемо изобразив отношения мужчины и женщины.

«— Ах, ничего ты не понимаешь в женской психологии! — воскликнула Катя. Конечно, Малышок не знал, что такое психология, но решил, что это совершенно лишняя и вредная вещь».

Юрий Коринец «Там, вдали, за рекой» (от 6-ти лет)

image_image

Довоенная Москва, коммуналка, дачи там, где сегодня станции метро «недалеко от центра», и не свои, а съёмные, хотя-а-а… У дяди главного героя, старого большевика, почти всю жизнь проводящего в загадочных командировках, могла быть и своя, выделенная государством, дача.
Это очень тонкий и умный текст. Чуткий к красоте природы и оттенкам человеческих отношений. Дети вряд ли «считают» периодически звучащее на страницах папино «эхе-хе-хе…» и будут влюблены в блистательного дядю наравне с его племянником Мишей, но тем интереснее перечитывать этот неоднозначный текст в более «сознательном» возрасте. В этой книге, мастеровито скроенной по принципу «монтажа аттракционов» (вот ловля шаровой молнии, вот криминальная история с бальзамом «Мэри Пикфорд», вот сюрреалистическая экспедиция за бивнями мамонта и т. д.), есть абсолютно хрестоматийная, классическая глава, которую необходимо прочесть всем. По крайней мере, всем детям. Читать — и размышлять над нею всю жизнь. Эта глава называется «Этвас».

Я люблю старые книги. Мне нравится потёртость их переплётов и рыжина их страниц, нравится, как они пахнут. Я люблю возвращаться в детство — с багажом прожитых лет и совершённых ошибок. И хотя навязывать другим свои личные предпочтения не очень красиво, надеюсь, этот краткий обзор принесёт кому-нибудь пользу.